Жена-домина: страпон и подчинение мужа

Дверь открывается, ты заходишь с чемоданом, снимаешь пальто, не глядя на меня. Пахнет дорогой, духами, чужим городом. Я стою в коридоре, жду. Ты наконец смотришь — и я всё понимаю по глазам. Не устала. Не соскучилась по-человечески. Хочет.

Ставишь чемодан, не разуваясь, подходишь вплотную. Молча. Берёшь меня за подбородок, поворачиваешь лицо. Смотришь. Я молчу. Ты проводишь большим пальцем по моей нижней губе, чуть надавливаешь. Я открываю рот. Ты усмехаешься — коротко, без тепла, скорее довольно.

— Соскучился? — спрашиваешь. Голос низкий, спокойный. Я киваю. Ты отпускаешь подбородок, идёшь в комнату, не оборачиваясь. Я за тобой. Чемодан так и стоит в прихожей.

В комнате ты щёлкаешь замками, поднимаешь крышку. Достаёшь что-то завёрнутое в чёрную ткань. Кладёшь на кровать. Разворачиваешь. Ремень. Кожаный, широкий, с пряжкой. Я смотрю на него, потом на тебя. Ты не улыбаешься. Просто смотришь — и ждёшь.

— Раздевайся, — говоришь ты. — И на кровать. На живот. Ждать меня.

Ты выходишь в ванную. Я слышу воду. Я стою, смотрю на ремень. Потом начинаю расстёгивать рубашку.

Я расстёгиваю рубашку, медленно, пуговица за пуговицей. Слышу, как в ванной льётся вода, потом замолкает. Я снимаю рубашку, бросаю на кресло. Джинсы, носки, трусы — всё туда же. Ложусь на живот. Кожа покрывала холодная, я вздрагиваю. Руки под голову, ноги вместе. Жду.

Ты заходишь. Я слышу шаги, потом тишину. Ты стоишь и смотришь. Мне хочется обернуться, но я не смею. Слышу, как ты берёшь ремень с кровати. Кожа скрипит в твоих руках. Ты складываешь его пополам, проводишь кончиком по моей спине — от лопаток до поясницы. Медленно. Я напрягаюсь. Ты останавливаешься на пояснице, чуть надавливаешь. Потом убираешь.

— Расслабься, — говоришь ты. — Я ещё ничего не сделала.

Ты садишься на край кровати рядом со мной. Кладёшь ремень на покрывало, рядом с моей головой. Я вижу его краем глаза. Ты проводишь ладонью по моей спине, по плечам, спускаешься ниже. Ногти чуть царапают. Я дышу глубже. Ты наклоняешься, целуешь меня в шею, в затылок. Волосы у тебя ещё пахнут дорогой, улицей. Ты прикусываешь мочку уха. Я дёргаюсь.

— Лежи, — говоришь ты. — Не шевелись.

Ты встаёшь. Слышу, как ты открываешь молнию на чемодане, роешься. Что-то звенит. Ты возвращаешься. Кладёшь на кровать что-то ещё. Я не вижу что. Ты берёшь ремень. Проводишь им по моим ягодицам, легко. Потом резко — шлепок. Не сильно. Кожа горит. Я сжимаю зубы. Ты ждёшь. Второй — сильнее. Я выдыхаю через нос. Третий — по тому же месту. Я чувствую, как тепло разливается по телу.

Ты откладываешь ремень. Ложишься на меня сверху, прижимаешься всей тяжестью. Твоя одежда ещё на тебе — я чувствую ткань, молнию, пуговицы. Ты целуешь мою шею, плечи. Рука скользит под живот, ниже. Ты находишь член, сжимаешь. Я твёрдый. Ты усмехаешься мне в ухо.

— Уже? — говоришь ты. — Я только начала.

Ты отпускаешь, встаёшь. Снова роешься в чемодане. Я слышу, как открывается тюбик, щёлкает крышка. Ты возвращаешься, садишься между моих ног. Раздвигаешь колени. Я напрягаюсь. Ты кладёшь ладонь на поясницу, прижимаешь к кровати.

— Не дёргайся, — говоришь ты. — Я не хочу тебя поранить.

Слышу, как ты выдавливаешь смазку на пальцы. Тёплые, скользкие. Ты проводишь по ложбинке, чуть надавливаешь. Я замираю. Один палец входит медленно. Я выдыхаю. Ты ждёшь. Второй — легче. Ты двигаешь ими, не спеша. Я начинаю подаваться назад. Ты шлёпаешь меня свободной рукой по ягодице. Не сильно, но неожиданно.

— Я сказала, не дёргайся.

Ты вынимаешь пальцы. Слышу, как ты снимаешь ремень с кровати, потом — звук пряжки, ремней. Поворачиваю голову. Ты стоишь на коленях, надеваешь страпон. Чёрный, блестящий от смазки. Ты смотришь на меня. Спокойно. Как будто делаешь обычное дело. Потом наклоняешься, берёшь подушку, подсовываешь *** мне под бёдра. Я оказываюсь приподнят. Ты встаёшь сзади. Чувствую, как головка упирается. Ты держишь меня за бедро одной рукой.

— Дыши, — говоришь ты.

И входишь. Медленно, но без пауз. Я хватаюсь за покрывало. Ты останавливаешься, даёшь привыкнуть. Потом начинаешь двигаться. Ровно, глубоко. Я чувствую каждый сантиметр. Ты держишь ритм, не ускоряясь. Слышно только моё дыхание и шлепки кожи. Ты наклоняешься вперёд, ложишься на меня, не переставая двигаться. Рука снова находит член. Ты дрочишь мне в такт. Я почти на грани. Ты чувствуешь это, отпускаешь, выпрямляешься.

— Не смей, — говоришь ты. — Я ещё не закончила.

Ты выходишь. Я остаюсь лежать, пустой, горячий. Ты садишься на кровать рядом, разворачиваешь меня на спину. Смотрю на тебя. Ты всё ещё в ремнях, грудь под футболкой, волосы растрёпаны. Ты снимаешь страпон, откладываешь. Ложишься рядом, берёшь мою руку, кладёшь себе между ног. Ты мокрая. Я начинаю двигать пальцами. Ты закрываешь глаза, дышишь глубже. Я ускоряюсь. Ты кончаешь быстро, сжимаешь мою руку, выгибаешься. Потом открываешь глаза, смотришь на меня.

— Теперь можно, — говоришь ты.

Ты берёшь меня за руку, поднимаешь с кровати. Ставишь на колени перед собой. Я смотрю на тебя снизу. Ты раздвигаешь ноги. Я наклоняюсь, начинаю лизать. Ты держишь меня за волосы, направляешь. Я работаю языком, ты двигаешь бёдрами мне навстречу. Вкус твой, запах интимных выделений. Ты стонешь — тихо, почти беззвучно. Я не останавливаюсь. Ты кончаешь второй раз, сильнее. Отпускаешь меня. Я сажусь на пол, спиной к кровати. Ты спускаешься рядом, кладёшь голову мне на плечо. Молчим. В прихожей всё ещё стоит чемодан.