Сердце бешено колотилось, отдаваясь глухим стуком в висках. Я смотрела в зеркало заднего вида на свое отражение: запыхавшееся, с неестественным румянцем на щеках и слишком блестящими глазами. Губы, которые я так старательно подвела помадой цвета спелой вишни, я сейчас кусала до боли, пытаясь загнать обратно навязчивую мысль: «Ты предательница. Ты стерва. Ты делаешь это».
Дождь заливал лобовое стекло, превращая огни ночного города в расплывчатые пятна. В машине пахло моими духами — «Чёрный Опиум», его любимые. Телефон лежал на пассажирском сиденье и снова завибрировал. Я взглянула на экран: «Муж». Глоток воздуха застрял в груди. Всего пару часов назад я целовала этого человека, моего мужа, готовя ему ужин, слушая его рассказ о скучном дне в офисе. А теперь я мчалась на окраину города, в дешёвый мотель «Эдем», который пахнет отчаянием и похотью, а не райскими кущами.
«Встреча с Ленкой, задерживаюсь, не жди, целую», — это сообщение я отправила час назад. Ложь вышла такая гладкая, такая привычная, что стало страшно. Пять лет брака. Пять лет предсказуемого секса по субботам, одинаковых прикосновений и тихих вечеров перед телевизором. Я жаждала бури. И нашла ее в лице Его.
Матвей. Коллега. Тот, чей взгляд обжигал меня на корпоративах, чья случайная рука на моей талии во время обсуждения отчета заставляла все внутри сжиматься в сладком спазме. Тридцать два года, мускулы, проступающие сквозь белую рубашку, темные волосы с проседью на висках и бородка, о которую я мечтала почувствовать свою кожу. И этот взгляд — голодный, властный, обещающий все грехи разом.
Я припарковалась у грязноватого здания, подсвеченного мигающей неоновой вывеской. Ноги подкосились, когда я вышла из машины. Дождь тут же принялся мочить мои светлые волосы. Я почти бежала к нужному номеру, каблуки вязли в размокшем асфальте. Дверь была приоткрыта.
Вошла. Пахло дешевым освежителем, сигаретным дымом и чем-то еще, неуловимо знакомым — сексом. Комната тонула в полумраке, лишь неон с улицы отбрасывал на стены сиренево-красные блики. Стоял гул кондиционера, а за окном монотонно стучал дождь. И тут я увидела его.
Он лежал на огромной кровати с просевшим матрасом, уже раздетый до пояса. Мускулистый торс, темные волосы на груди, татуировка на плече. И его член — толстый, венозный, уже наполовину возбужденный, лежал на бедре. Он смотрел на меня таким взглядом, от которого у меня перехватило дыхание.
— Идешь, как на эшафот, — его голос был низким, хрипловатым. — Расслабься. Ты в безопасности.
Я не успела ничего сказать, как