взгляды, что я снова покраснел.
— Выспался? — крикнула тётя Маша.
— Отоспишься — заходи, — добавила тётя Галя. — Самогон ещё остался.
Такого жаркого, дикого и по-настоящему живого лета у меня больше не было в
взгляды, что я снова покраснел.
— Выспался? — крикнула тётя Маша.
— Отоспишься — заходи, — добавила тётя Галя. — Самогон ещё остался.
Такого жаркого, дикого и по-настоящему живого лета у меня больше не было в