Её уверенная походка, длинные стройные ноги в чёрных туфлях на шпильке и потрясающая грудь третьего размера, которая колыхалась под тонкой белой блузкой, мгновенно приковали взгляды всех мужиков в зале ожидания аэропорта Домодедово.
— Добрый день, доктор, можно? — Входите. Небольшая заминка с твоей стороны, ты не думала, что доктор — мужчина. Хотя… может так даже лучше. И ты ныряешь словно в омут. — Слушаю вас. — Доктор, мне нужна ваша помощь.
Телефонный звонок раздался в половине одиннадцатого вечера. Марина уже намылилась под душем, когда телефон завибрировал на полке. На экране высветилось «Виктор Петрович — босс Димы». - Алло? - Мариночка, привет.
Слышала, как цокали часы, с открытой балконной двери доносился лай бродячих собак. Второй день не получалось уснуть. Закрывала глаза, а сон всё равно не шёл. События позавчерашнего дня не шли с головы.
Все эти годы я был уверен, что живу с самой верной женой на свете. Маринка родила мне двоих пацанов, всегда держала себя в форме — талия 60, попа упругая, сиськи третьего размера, которые она любила подчёркивать облегающими кофточками.
На предприятии где я работаю на одном из её участков, уже почти 20 лет, последнее два года, а точнее после прихода нового руководства, появился слушок, что руководители, а их двое механиков, иногда пользуются услугами наших девочек.
Сегодня после работы я осталась в офисе одна, как всегда по его команде. Свет в коридоре уже потушен, только в его кабинете горит настольная лампа. Я стою на коленях под столом, в одном только белом офисном платье…
Меня зовут Паша, мне тридцать, работаю сантехником в частной конторе. Рост 187см. Руки у меня крепкие, спина широкая. Ну и член тоже не обделен (22 см) — бабы всегда офигевают, когда видят эту дубину в первый раз.
В то время моей девушкой была Виктория – старший юрист в одной из крупнейших консалтинговых фирм города. Её профессия требовала абсолютного контроля: она проводила дни в переговорных, где одним взглядом заставляла…
Корпоратив был в разгаре. Алкоголь давал своё — ещё несколько мгновений назад в зале витала неуверенность и сдержанность, то сейчас коллектив был более открыт и раскрепощен. Смех и музыка заполняли всё пространство…