Музыка била в виски, превращая корпоратив из обязательной рутины в нечто зыбкое, где границы начинали расплываться. Вадим стоял у барной стойки, чувствуя, как третий виски комфортной тяжестью растекается по телу. Он наблюдал за своей женой, Аней.
Она была в маленьком черном платье, которое он сам выбрал утром. «Только на тебе оно так сидит», — сказал он тогда, проводя ладонью по ее бедру. Сейчас это платье казалось ему соучастником. Оно обтягивало ее упругие ягодицы, открывало стройные ноги в ажурных чулках и каблуках-шпильках. Ее смех, звонкий и беззаботный, долетал до него сквозь гул голосов. Она говорила с кем-то. С ним.
Сергей. Новый коллега из IT-отдела. Высокий, с уверенными движениями и нагловатой ухмылкой. Вадим видел, как тот взгляд скользит по Аниной шее, груди, бедрам. И видел, как Аня не отводит глаз. Она пила шампанское, много, и ее щеки порозовели. Ее обычная сдержанность таяла с каждым бокалом, как лед под струей горячей воды.
«Успокойся, — внушал себе Вадим. — Просто флирт. Она устала, разряжается. Ничего такого».
Но его собственное «ничего такого» предательски щекотало низ живота. Смутное, грязное, возбуждающее чувство. Он видел, как Сергей наклонился к ее уху, что-то сказал, и Аня засмеялась, запрокинув голову, обнажив горло. Ее пальцы нервно перебирали бокал.
Вадим сделал еще один глоток виски. Оно горело, но не могло сжечь этот комок странного ожидания в груди.
Аня в этот момент ловила себя на мысли, что пьяна. Мир плыл, края были мягкими. Сергей говорил комплименты не в лоб, как Вадим, а какими-то обходными путями, заставляя ее домысливать. Это было приятно и опасно.
«Боже, я просто развлекаюсь, — думала она, чувствуя, как под его взглядом по коже бегут мурашки. — Вадим где-то тут. Надо остановиться».
— Ты не такая, как все эти офисные мышки, — сказал Сергей, его голос был низким. — В тебе есть огонь. Его видно.
— Ты всем так говоришь? — попыталась она пошутить, но голос дрогнул.
— Только тем, у кого он действительно есть.
Его рука случайно коснулась ее предплечья. Шепоток электричества пробежал по коже. Аня отдернула руку, но сделала это слишком медленно. Она видела Вадима у бара. Он смотрел на них. И от этого странного, затяжного взгляда мужа внутри у нее все сжалось и одновременно потеплело между ног. Что, если он видит? Что, если ему… нравится?
Эта мысль была такой порочной, что у нее перехватило дыхание.
— Я… мне в дамскую, — выдохнула она, почти выбегая из зала.
Она прошла в туалет, оперлась о раковину и посмотрела на свое отражение.