Та поездка в лес за ягодами с самого начала висела на мне тяжёлым предчувствием. Лето, жара, комары и компания: я, моя жена Катя, её мать Ирина Витальевна и мой шурин, её младший брат Андрей. Теща всегда ко мне относилась… специфически. Не враждебно, нет. Слишком пристально. Взгляд её тёмных глаз будто прощупывал меня насквозь, а улыбка всегда была чуть двусмысленной. В свои сорок пять она выглядела на все сто, но в хорошем смысле: пышные формы, которые она не особо скрывала, густые каштановые волосы, собранные в небрежный пучок, и эта манера одеваться — летние платья чуть теснее, чем нужно, чуть короче.
Мы приехали на опушку, оставили машину. Воздух пах хвоей, прелой листвой и свободой. Катя, моя милая, наивная Катя, сразу увлеклась сбором черники. Она всегда обожала это дело.
— Паш, давай разделимся, так быстрее! — предложила она, вручая нам по пластиковому контейнеру. — Я пойду вот туда, за те сосны, там, говорят, целая поляна. Андрюша, ты с мамой иди вдоль тропинки. А ты, Паш, можешь с ними, а можешь отдельно.
— Я пойду отдельно, — быстро сказал я, не глядя на тещу.
Ирина Витальевна только усмехнулась уголком губ.
— Как знаешь, зятёк. Только не заблудись.
Её голос был низким, немного хрипловатым, от частого курения. Он всегда действовал на меня странно — пробегал мурашками по спине.
Первые полчаса я брёл сам по себе, механически срывая ягоды и закидывая их в контейнер. Мысли путались. Работа, ипотека, лёгкая холодность, которая в последнее время появилась в отношениях с Катей… И этот вездесущий образ тещи. Как она наклонилась у машины, поправляя сандалик, и я невольно увидел глубокий вырез её платья, тень между грудей.
Внезапно из-за кустов раздался её голос, негромкий, но чёткий:
— Павел? Ты тут?
Я обернулся. Она стояла в паре метров, лицо было чуть раскрасневшимся, на лбу блестели капельки пота. Платье прилипло к влажной коже между грудями.
— Да… Ирина Витальевна. Что-то случилось?
— Кажется, подвернула ногу. Не сильно, но присесть бы. Поможешь дойти до того большого пня? — Она указала рукой вглубь чащи, подальше от тропинки.
Предчувствие сжалось в комок внизу живота. Но отказать я не мог.
— Конечно.
Я подошёл, она оперлась на мою руку. Её пальцы были прохладными, цепкими. Мы медленно пошли между деревьями. От неё пахло духами с тяжёлым, сладковатым ароматом и потом.
— Ты знаешь, Паша, — заговорила она, почти шёпотом, — я всегда считала, что Кате очень повезло. Таких мужчин, как ты, сейчас днём с огнём не сыщешь.
— Вы льстите, — пробормотал я, глядя под