В тот день всё шло к чёрту с самого утра. Я, Константин Сергеевич, начальник отдела логистики сорока двух лет, с треском провалил презентацию перед советом директоров, потому что эти идиоты из аналитики подсунули мне сырые данные. Специально, я был уверен. Война между нашими отделами длилась уже года три, с тех пор как того карьериста Бориса поставили начальником над ними. Соперничество за бюджеты, за влияние, за одобрение генерального. Грязь подковёрная, подставы. Мы их в ответ так же.
В пять вечера в пятницу я уже мечтал только о джине с тоником и одиночестве. Лифт в нашей двадцатиэтажной коробке — отдельный ад. Все рвутся домой, набиваются как сельди. Я втиснулся, сморщив дорогой костюм, и тут же почувствовал знакомое раздражение. Рядом со мной, прижатая ко мне боком, стояла Алиса из того самого, аналитического отдела.
Самая красивая. И самая ядовитая. Молодая, лет двадцати семи. Не просто красивая — какая-то осознанно эффектная. Рыжие волосы, которые в офисе всегда собраны в тугой пучок, а сейчас, в конце дня, из него выбивались осмысленные пряди. Слишком прямой взгляд зелёных глаз. Она носила эти свои облегающие платья, которые не нарушали дресс-код, но заставляли мужчин спотыкаться взглядом. Я её терпеть не мог. Вернее, терпеть-то не мог её наглость, её острый язык на планерках, её умение выставить любую нашу идею дурной. А тупое животное желание, которое она вызывала, я глубоко закапывал, присыпая сверху прахом профессиональной ненависти.
Лифт рывком поехал вниз, остановился на шестнадцатом, все уже вышли.
Лифт снова дрогнул и замер. Экран погас, потом мигнул. И… всё. Полная тишина, нарушаемая только гулом где-то в шахте.
— Вот блядь, — сдавленно выдохнул я, не предназначая это ни для кого конкретно.
— Классика, — прозвучал холодный, чёткий голос прямо у моего уха. Алиса. — Особенно после вашего сегодняшнего провала, Константин Сергеевич. Вселенная, видимо, решила добавить вам впечатлений.
Кровь ударила в виски. В тесной, наглухо закрытой камере её слова прозвучали как пощёчина.
— Это благодаря вашим «аналитическим» данным, Алиса Викторовна, которые, как выяснилось, высосаны из пальца, — огрызнулся я, стараясь повернуть голову. Я видел только её щёку и мочку уха с маленькой золотой серьгой.
— Данные были точными. Вы просто не умеете их читать. Или не хотите. Предпочитаете топтаться на своём устаревшем поле.
«Устаревшем». Её любимое слово в отношении всего нашего отдела. Всё моё тело напряглось. Мы переругивались ещё минут десять. Потом пришёл спасательный голос из