Сентябрь выдался по-настоящему поганым. Не в смысле погоды — с погодой как раз всё было в порядке, бабье лето, золото, шорох листвы под колесами моего нового «купе» баварской породы. Поганым он был по мироощущению. Усталость накопилась
Он никогда не думал, что будет выезжать на дом. Но частная практика диктовала свои правила. Пациентки с деньгами хотели комфорта, приватности и полной конфиденциальности. Так было спокойнее всем. Единственное, что он для себя решил твердо
Вау! Я замужем! Я жена! У меня есть муж! Я не зря себя берегла! - всё кричало в душе Марии. Её сейчас ведёт три часа как муж в домик новобрачных загородного комплекса для свадеб "Дубовый бор" на основе дома отдыха какого-то предприятия
Денис снова нажрался. Нет, это было даже не обидно — это было как-то тупо и привычно, как скрип рассохшейся двери на веранде, который ты слышишь каждый день и уже не замечаешь. Но сегодня этот скрип меня доконал. Мы приехали на дачу всего
Ключ проворачивается в скважине с тугим, металлическим стуком. Дверь поддается не сразу — разбухла от старости. Пахнуло сухой известкой, строительной пылью и чем-то еще — запахом времени. Она переступает порог, цокая каблуками по паркету
Итак, мне 23, я недавно окончил универ и устроился на первую серьезную работу. Маме моей, Ирине Сергеевне, 48, и у нее есть близкая подруга еще с институтских времен — Алла Васильевна, 42 года. Женщина она была видная, с хваткой, владелица
Мой институтский приятель Денис наконец-то купил квартиру. Двушка в старом фонде на Петроградской стороне, с высоченными потолками и лепниной, которую прежние жильцы зачем-то замазали масляной краской. Мечта, а не квартира, если не считать
Вадим Игоревич, тридцатипятилетний массажист с тяжелым взглядом и руками, привыкшими мять неподатливую плоть, стоял у кушетки и ждал. Сегодняшняя пациентка опаздывала на сорок минут, влетела в кабинет с видом королевы и теперь сидела
Ночь опустилась на дом бесшумно, укутав кабинет в глубокие тени. Свечи догорели до половины, и в их дрожащем свете фигура Хозяина казалась высеченной из тёплого камня — он сидел в том же кресле, но теперь в его руке был не документ
Осенний семестр подходил к концу, и университетский коридор опустел раньше обычного. За окнами моросило, нагоняя тоску. Вера Андреевна, преподаватель кафедры гражданского права, сидела за своим столом и нервно теребила край строгого