У Насти в семье уже давно была заведена традиция встречать новый год и проводить новогодние праздники на даче. Это начиналось, когда эта самая дача представляла из себя заросший кустарником участок и небольшой кургузый домик на нем. За годы участок расчистили, на нем появились яблони и кусты смородины, а неказистый домик сменил большой двухэтажный коттедж с камином, просторной гостиной и уютными комнатами для всех членов семьи и даже парочки гостей, буде такие заедут. Раньше Настя воспринимала ежегодные путешествия на заснеженную дачу как вынужденную повинность, однако, повзрослев, стала ценить уют и тишину загородного отдыха.
Не стал исключением и этот год. Весь день Настя с родителями гуляла по заваленному сугробами лесу и каталась на лыжах, а вечером все вместе сидели за длинным столом и подъедали вкусности, в изобилии оставшиеся от новогоднего пиршества. По случаю праздника, 18-летней Настене позволялось налить бокал игристого вина, а то и парочку. И когда Настя отправилась наверх в свою комнату, оставив родителей болтать внизу, ее голова уже приятно подкруживалась.
Свою комнату Настя называла нежно «мое гнездышко» и была она до ужаса милая. Небольшая, уютная, в ней удобно разместились рабочий стол, кресло и шкаф с одеждой, но большую часть занимало высокое спальное место, заваленное подушками и накрытое большущим пышным одеялом. Стены комнаты были покрыты рисунками, плакатами, короче, как у любой молодой девушки Настиного возраста. Родители уважали право дочки на собственное пространство, и Настя не могла вспомнить случай, чтобы они когда-то входили к ней без стука.
И вот, Настя после ужина поднялась к себе, закрыла дверь в свое «гнездышко», быстро переоделась в мягкую фланелевую пижаму и забралась на кровать. Из колонки на столе заиграла приятная негромкая музыка, а Настя порылась в рюкзачке, свесившись с кровати и выудила оттуда бутылочку соджу, которую она хотела выпить еще в новогоднюю ночь, но так как-то и забыла тогда про нее. Сидя на кровати и пролистывая ленту соцсетки, Настя и не заметила, как сладкий и обманчиво легкий напиток закончился. И только когда она наклонилась, чтобы поставить бутылку на пол она поняла, что прилично так перебрала. Голова побежала по кругу, и Настя навзничь рухнула на кровать, натягивая на себя теплое одеяло. Сознание приятно туманилось и Насте захотелось усилить и продлить эти ощущения, и она начала поглаживать себя по груди, животу, бедрам и наконец скользнула рукой себе между ног. Резинка пижамных штанов ограничивала движения ее рук, и она