Катя сидела на краю кровати в своей крошечной студенческой квартире, болтая ногами в новых чёрных босоножках на тонком каблуке. Лакированные ремешки плотно обхватывали её щиколотки, а ярко-красный педикюр на пальчиках…
И снова я сижу в общественном туалете, дожидаясь того времени, когда закончится первая пара. Ах, как же жаль мою маму, ведь я у неё такая дурочка. Постоянно прогуливаю, и хожу в таких нарядах, что меня бы выебать где-то…
На улице стемнело. Пора закрывать высокие черные ворота, и во всем здании администрации наступает полу мрак. Тишина съедает, проникает в тебя до глубины костей, и ты один такой, одиночка, ходишь по всем этажам, не зная…
Я открыл дверь квартиры и сразу понял — сегодня всё будет по-другому. В воздухе витал незнакомый, чуть терпкий аромат — смесь дорогих духов и чего-то кожаного, едва уловимого. Из гостиной тихо лилась низкая электронная…
Поезд уже набирал ход, когда мы закрыли за собой тяжёлую дверь купе люкс. Старый фирменный состав мягко покачивался на рельсах, колёса отбивали ровный ритм — клик-клок, клик-клок, — а за тёмным окном проносились редкие…
Я работаю IT-специалистом в средней компании, занимаюсь корпоративной почтой, чатами и всем, что связано с безопасностью. Коллектив смешанный, но в нашем отделе продаж полно баб, и одна из них — Лена из маркетинга…
В моём понимании расплата – это то, за что нужно платить сразу, после того как что-то одолжил. Иначе, тебя ставят на счетчик, которые крутиться быстрее банковского кредита. Это не простая кредитка, его ты не остановишь…
Год назад она хлопнула дверью, наговорив кучу дерьма про «контроль» и «токсичность», и ушла к какому-то своему офисному хуесосу. Но вещи свои толком не забрала — оставила две картонные коробки в кладовке.
Анна вошла в кабинет гинеколога и нервно села на край кушетки. Ей было двадцать восемь, но она всегда чувствовала себя неловко на таких приёмах. Доктор Сергей — высокий, широкоплечий мужчина лет сорока — закрыл дверь на ключ и спокойно улыбнулся.
Графиня очень любила свой замок, но иногда он становился ей невыносим. Бывало же так, что он начинал казаться ей темницей, настоящей тюрьмой. Ей становилось душно в его стенах, словно грудь её стискивал чересчур туго затянутый корсет.