Это была уже не первая наша авантюра. Меня зовут Максим, и я вел двойную жизнь. Не оправдываюсь. Просто так вышло. Алина была моим глотком безумия, моим личным ураганом в размеренном и душном мире дедлайнов, ипотеки и тихих семейных ужинов. Она была младше меня на десять лет, с взглядом, в котором читалась готовность на любую хулиганскую выходку. Мы не могли встречаться в кафе днем, и наши свидания всегда были квестом: заброшенные лофты, ночные прогулки по промзоне, а однажды даже крыша многоэтажки. Но в этот раз она предложила что-то, от чего у меня заколотилось сердце: «Давай сходим в кино. На поздний. На какой-нибудь артхаусный ужастик. Там никого не будет».
Идея была безумной и пьянящей. Публичное место, но при этом тайна. Мысль, что мы будем сидеть рядом, как обычная парочка, но под маской нормальности будет бушевать совсем иное, сводила с ума. Я соврал жене про внезапное совещание с зарубежными партнерами по видеосвязи. Алина надела простое черное платье, которое облегало ее фигуру так, будто было нарисовано, и легкую джинсовку. Я сгорал от желания уже тогда, когда мы встретились у входа в киноцентр. Она пахла чем-то терпким и сладким, как запретный плод.
Кинотеатр был почти пуст. Мы взяли билеты на какой-то скандинавский хоррор про троллей в лесу — идеально, потому что зрителей ожидалось ноль. В баре при кинотеатре мы выпили по бокалу красного. Вино было кисловатым, но оно разожгло во мне еще больший огонь.
— Нервничаешь? — спросила она, облизывая край бокала. Ее губы стали чуть темнее от вина.
— Безумно, — признался я. — Как будто я снова мальчишка, который боится, что его поймают за руку с девочкой.
— А я хочу, чтобы ты боялся, — ее нога под столом нащупала мою. — И чтобы хотел. Одновременно.
Ее взгляд был прямым вызовом. Мы допили вино и пошли в зал. Он и правда был пустым, только где-то в первых рядах мелькала пара силуэтов. Мы поднялись на самый верх, на задний ряд, где кресла были поглубже и отгорожены небольшим бортиком. Это был наш маленький островок.
Села она слева от меня, устроилась, положила сумочку на соседнее сиденье. Свет погас, пошли трейлеры. Я положил руку ей на колено. Через тонкую ткань платья чувствовалось тепло ее кожи. Она ответила легким давлением. Мы смотрели на экран, но я не видел ни кадра. Все мое внимание было сосредоточено на точке под моей ладонью, на ее дыхании, на том, как она медленно, почти незаметно раздвинула ноги на пару сантиметров.
Фильм начался. Мрачные кадры леса, тихая, тревожная музыка. Моя рука с колена переместилась выше, на