Я всегда знал, что наш дом — дыра. Панельная девятиэтажка семидесятых годов, где всё скрипит, пахнет затхлостью и кошачьей мочой. Но хуже всего был лифт. Эта металлическая коробка с облупившейся краской, которая застревала чаще, чем ездила. Мы все его ненавидели, но подниматься на девятый этаж пешком — то ещё удовольствие.
Аня жила этажом выше, на десятом. Я видел её раз в сто — стройная брюнетка лет тридцати, всегда в деловых костюмах, которые облегали её тело так, что слюнки текли. У неё была эта уверенная походка, взгляд поверх голов, будто она со всеми нами случайно оказалась в одном подъезде. Говорили, она какая-то начальница в крупной компании, карьеристка. Видовая, что называется.
Я, Макс, обычный сисадмин, работающий из дома, тридцать пять, одинокий. Иногда я представлял, как она выглядит без этих строгих костюмов. Особенно запомнилась её грудь — пышная, явно не без помощи бюстгальтера, и бёдра, которые так соблазнительно колебались при ходьбе.
А ещё у неё был секрет. Я не планировал становиться шантажистом, честно. Но судьба, а точнее, наш грёбаный лифт, распорядилась иначе.
В тот вечер я возвращался из магазина с двумя пакетами продуктов. Дождь моросил противный, осенний. В подъезде встретил Аню — она стояла у лифта, листая что-то на телефоне, одетая в светло-бежевый брючный костюм, волосы собраны в тугой пучок.
— Лифт вообще идёт? — спросил я, нажимая кнопку.
— Должен, — ответила она, не отрываясь от экрана. Голос низкий, немного надменный. — Я только что спустилась.
Двери с скрежетом открылись. Мы зашли. Запах её духов — что-то дорогое, древесное — перебил привычную вонь. Лифт тронулся, заскрипел.
— Опять этот ужасный звук, — пробормотала она, наконец подняв глаза. Взгляд скользнул по мне без интереса.
— Знаете, я читал, что в нашем доме последний раз лифт меняли при Брежневе, — сказал я, пытаясь разрядить обстановку.
— Неудивительно, — она усмехнулась без удовольствия. — Управляющая компания — собрание идиотов.
В этот момент лифт дёрнулся, загрохотал и замер. Свет моргнул, но не погас. Мы обменялись взглядами.
— Опять, — выдохнула она с раздражением. Нажала кнопку вызова диспетчера. Ничего. Стукнула по стенке. — Чёрт!
— Спокойно, — сказал я, хотя сам начал нервничать. — Должны приехать. В прошлый раз я просидел два часа.
— Два часа? У меня совещание через сорок минут в Zoomе! — Она достала телефон, посмотрела на экран. — И нет сети. Прекрасно.
Она нервно прошлась по тесному пространству, потом прислонилась к стене, закрыв глаза. Я заметил, как