Меня зовут Анна, мне тридцать два, я работаю старшим менеджером по проектам в конторе, которая делает что-то бесконечно скучное для нефтяников. Павел Сергеевич — мой начальник. Лет сорока пяти, подтянутый, с сединой у висков, которая не старит, а придает солидности. Руки у него странно выразительные для бухгалтера по образованию — с длинными пальцами, без привычных чернильных пятен. Я эти руки замечала. Чаще, чем стоило.
Когда он вызвал меня в кабинет и сказал: «На следующей неделе летим в Екатеринбург на переговоры по контракту «Силуэт». Берем с собой только тебя, Анна. Ты лучше всех в теме», — я кивнула деловито, но внутри что-то ёкнуло. Командировка на двоих. Классика жанра, о которой все шепчутся у кулера. Только мы с Павлом — не те. Он — образец сдержанности, я — профессионал в строгом пучке и белых блузках. Шептались бы, если б знали, какие мысли иногда проносятся у меня в голове, когда он наклоняется над моим столом, и я чувствую запах его одеколона — не сладкий, а древесный, холодный.
Ошибка с номером в отеле была настолько топорной, что даже не смешной. Администратор с видом мученика разводил руками: «Случился пересчет гостей на конференции, ваш двухместный номер отдали. Есть только люкс с king-size кроватью. Или ждать два часа, пока освободится стандартный». Мы переглянулись. Павел вздохнул, провел рукой по лицу. «Анна, прости за это безобразие. Два часа терять не можем. Я… я буду спать на диване».
Люкс оказался просторным, но диван в нем был скорее декоративным, жестким и коротким. Королевская кровать возвышалась посередине, как монумент неловкости. Я молча отнесла свой чемодан в сторону, он свой — к дивану.
Переговоры прошли на удивление гладко. Мы работали как слаженный механизм, ловили мысли друг друга с полуслова. После подписания протоколов партнеры пригласили нас на ужин. Было вино, много вина. Павел, обычно трезвенник, сегодня пил со мной наравне. Возвращались в отель в такси, молча смотрели в разные окна на мелькающие огни. Мое бедро в тонких колготках почти касалось его брючины. Почти.
В номере снова накрыла тишина. Я сняла туфли на высоких, убийственных каблуках и села на край кровати с тихим стоном. Ноги гудели, как провода под напряжением.
«Убийственная обувь», — пробормотала я себе под нос.
Павел снимал пиджак у вешалки, обернулся. «Дайте посмотреть».
Я замерла. «Что?»
«Ноги. Дайте посмотреть. У меня… есть некоторый опыт. У жены после ее корпоративов сводило икры». Он сказал это сухо, по-деловому, но последняя фраза повисла в воздухе неловким